В правление Наполеона III барон Осман революционно изменяет вид Парижа и особенно правого берега. На месте гнилых домишек и темных проулков он устраивает огромные площади, соединенные магистральными Большими бульварами. Вдоль них строятся дорогие доходные дома и особняки. У левого берега начинаются трудные времена. К началу ХХ века кварталы Сорбонны, Сен-Жермен и Монпарнас превратились в среду обитания средней буржуазии и интеллектуально-богемной публики. Кто-то здесь уныло подсчитывал выручку, кто-то в кафе La Rotonde, Deux Magots и Coupole разрабатывал планы революционного переустройства мира. В маленьких боковых улочках в недорогих гостиницах жили Генри Миллер, Эрнест Хемингуэй и Владимир Маяков-ский. В бывшей мастерской Эйфеля, круглом здании под названием La Ruche ("Улей"), роились великие в будущем художники. Густела русская речь: Серебрякова, Ремизов, Гончарова, Бердяев, Бенуа жили в этих краях.
Апофеозом левого берега в этом веке оказались 60-е. Сен-Жермен стал чрезмерно концентрированным и взрыво-опасным местом. Сартру и Камю достаточно было шаг ступить от собственной двери на Сен-Сюльпис до издательства там же. В подвальных клубах щебетал и каркал в саксофон "Птица" Чарли Паркер. Его слушал Кортасар, а учился у него тому, как шансон переделать в собственную противоположность, Серж Гэнсбур. В мае 68-го грохнуло. А после этой майской революции левый берег снова задремал.
Президент Помпиду в 70-е затеял реконструкцию правого берега. Началось со строительства футуристического культурного центра Бобур, потом пошла реставрация протухшего "Болота" и прилегающих кварталов. Сперва туда (недвижимость была дешевой) ринулись свободные художники и прочие лица без определенных профессий. Потом - бутики, галереи и просто предприниматели. Энергия была столь мощной, что затронула совсем уже пролетарский район Сент-Антуан и Бастилию. Здесь двести лет сидели мебельщики. Ligne Rosset и Ikea их разорили вконец, им на смену пришли восходящие звезды современного искусства и шоу-бизнеса.
Но теперь стрелка лево-правого компаса вновь шатнулась за Сену. Rive gauche просыпается. А понять Париж можно, только без конца путая правую и левую руки.
Это город, по которому надо ходить пешком. Не только потому, что Париж "внутри стен", то есть в пределах своей официальной границы, окольцованной Периферийным бульваром, не намного больше Москвы внутри Садового кольца. Дело в том, что позволить себе ездить по этому городу на автомобиле или метро может только тот, кто долго в нем прожил. Он его красоту уже знает. Но если вы сюда приехали - надо идти. Желательно, уразумев "теорию розы" и руководствуясь планом города. Иначе вы заблудитесь в его лабиринте.
Маршрутов - множество. Если у меня день-два, то... Неужели пробежаться по оси Лувр - Риволи - Елисейские поля? Это грустно. На "Шанзелизе" делать вообще нечего - то же самое, что прогуливаться по Новому Арбату. Можно посидеть на лавочке в саду Тюильри или в Люксембургском. Можно потратить все время на музеи или на знаменитые магазины. Можно таскаться по проторенным туристским маршрутам: площадь Вогезов (она чудесна, особенно когда цветут каштаны) - Нотр-Дам - Латинский квартал - Инвалиды - Большие бульвары.
Расскажу про себя. Если я - ненавистник Парижа, но почему-то здесь оказался, тут же отправлюсь на западную окраину, в район Дефанс, "Оборона": здесь французы, впав в комплекс неполноценности, решили доказать всему миру, что они не лыком шиты, и построили, к счастью, маленький, но вполне уродливый "Манхэттен". С теми же целями можно поехать на север, в 19-й округ, в райончик Ла-Вилетт. Если я Парижу не чужд и насмотрелся французского кино 70-х, то пойду на набережные канала Сен-Мартен и в гавань Бастилии. Там, разглядывая яхты и катера с флагами всевозможных стран, так мило думать, что ты не в Париже, а где-то на берегу моря.
Виктор Демакин
По материалам сайта:www.2france.ru/index.shtml?/articles/31putnik


Следующая »« Предыдующая